Турмуары 8

Продолжение

Глава 20. Бороздитель Таджикского моря.

Районный центр Кайрак-Кум, в сфере которого находится Адрасман, расположен совсем недалеко от Ленинабада и, направляясь в последний из нашей Центрально-Тяньшаньской базы, мы всегда проезжали этот город. А славен он своей ГЭС и плотиной, отчёркивающей рукотворное Таджикское море, которое мы имели честь посетить пару раз. Из машины (всё того же нещадно эксплуатируемого директорского джипа с неизменным Хамидом), двигающейся вдоль крутого обрыва далеко видно почти безбрежное белесо-голубое водоёмище. Обрыв, высотой не менее 40 м переходит в широкий песчаный берег, на который не только не накатывались никакие волны, но и у самой кромки ничего даже лениво не хлюпало и не плюхало: застой, тепло и яркость света — такими параметрами можно охарактеризовать с высоты обрыва это самое море. Каким же было моё удивление, после известия о том, что весной никакого обрыва здесь нет — всё заполнено морем (это плюс около 40м!), просто под конец августа такая усушка. Над этим обрывом-берегом — масса турбаз и домов отдыха. Сыны Адрасмана тоже заложили свою базу на берегу, куда мы и прибыли.  База только в стадии становления (уже заложен бетонный бассейн) и в деревянных вагончиках расположилось хозяйство Бахопа, семья которого хранит здесь незыблемость песков строящегося хозяйства. Не успели ведущие колёса джипа остановить своё деловитое вращение, как мы тут же были окружены заботой и вниманием: опять чай, дыни, арбузы и под навесом, и на солнце, и в вагончике.  Чу, срывая с себя одежду и опоясанный лишь плавками, скорее мчишься к манящей кромке воды, но, опустившись к песчаному берегу, ещё быстрее летишь назад, за обувью, ибо  босую ногу ставить невозможно — приходится или обуваться., или идти по глине (полметра глубиною) пересохшего ручья, впадающего в мутно-светлобирюзовые воды горьковатого на вкус моря. Вода тепла до неприличия, но с глубиной прохладнее. Феномен суррогата купания не наблюдается, — ощущение морского настроения наличествуется почти полностью, правда с некоторым нюансом специфичности. Но принятие солнечных ванн методом обычного загорания на песке у кромки берега омрачено резким, хотя и не холодным ветром, несущим множество песчинок, прямо-таки диффундирующих в тело и все, даже закрытые, предметы (вовнутрь камеры закрытого и зачехлённого фотоаппарата). Местность полностью оправдывает своё название: «кайрак кум» — шлифовальный песок, а потому, боясь полного облысения с последующей полировкой до зеркального блеска своей, надеюсь, далеко не глупой головы, предусмотрительно заворачиваюсь в импрвизированный бурнус с русской смекалкой изготовленный из верхней одежды. Тематически вспоминается стих председателя Мао:

» Хоть ветер поднялся и волны играют,

Сень сада на суше меня не прельщает!»

Сень сада на данной суше не слишком густа, ветер действительно поднялся, а с отсутствием волн на глади морской решаем покончить катанием на лёгком катере, коим с огромным удовольствием правит Серёжа З-в и поочерёдно, партиями по 3 человека, развозит нас вдоль берега, до плотины и вообще куда душе угодно, поскольку  больше всех доволен морпрогулкой он сам. Можно понять его и эти тренировки на малом судне по малой воде в преддверии борождения военным кораблём Чёрного моря на рейде Севастополя, где он учится в мореходном училище. Одетый в военно-морскую форму, на улицах горного Адрасмана он смотрелся диковато, но зато импозантно и неповторимо — чувствовалась уверенность и решимость покорить все близлежащие горные ручьи, а пока тренировки и ещё раз тренировки по несколько курортной поверхности Кайрак-Кумского водоёма, чтоб обветрить лицо, чтоб просолить сердце будущего моряка. С неменьшим удовольствием катает Серёжа и близотдыхающих незнакомок, успешно опровергая морское поверие «баба на корабле — к несчастью», но под весёлое повизгивание  баб на корабле, он уверенно держит штурвал своей своей любимой и единственной, выбранной по призванию, судьбе моряка. Несколько позднее, Сергей, поехав с друзьями на брег сего водохранилища на пару дней, очевидно запиратствовал, с улюлюканьем носясь по самим же им производимым волнам, во всяком случае, на поиски его был направлен Хамид и наша группка. И вот обрывистый берег засвистал то слева от газика, этакого трудолюбивого директорского железного конька, то справа. Сухопутное крейсирование от базы до лодочной станции и наоборот не могло не дать положительного итога — пират, конечно, нашёлся и честь морского флага была восстановлена.  Стоило бы ещё поинтересоваться мощностью Кайрак-Кумской ГЭС, сравнить её с энергоотдачей ранее виденной Тбилисской, но, к сожалению, не было рядом таджикского аналога грузина дяди Бори, который бы растолковал куда и сколько идёт народной энергии, остаётся предполагать, что ток «медленно идёт в горы», где зажигает лампочку в юрте (или что у них там) простого таджикского козловода, отражаясь чуть тусклым светом от поверхности зелёного чая в голубой пиале с характерным синим орнаментом.

Следующая страница 9

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s