Дик

Собаки
Дик

Урок

Дик был ооогромной собакой, по моим меркам. Говорили, что он из породы среднеазиатских волкодавов. Темно-пепельный окрас, ростом в холке почти с меня, а мне тогда было лет пять. Он жил в нашем дворе, хотя частенько отсутствовал, видимо, по своим, собачьим делам где-то пропадал. Детская память выхватила некоторые эпизоды их этого отрезка времени.
То, что я любил Дика, и он любил меня и жалел, я знаю, и как с детской непосредственностью дергал его за уши, хвост и даже делал попытки оседлать его, аки коня и Дик, как джентльмен, ударял меня своей огромной головой, иногда рыча, но без злобы, иди, мол, а то хуже будет! Хотя, все же, один случай «неадекватности» имел место. Дело было так.
В один из дней, я играл во дворе, ковырялся в земле и видел, как тетя Лида, соседка, вынесла из дома миску с какой-то едой, чтобы покормить Дика. Дик завилял хвостом и с удовольствием прильнул к миске. Я не понимаю почему, но ясно, что не плохого ради, взбрело в мою несмышленую голову совершить опрометчивую ошибку, которая впоследствии стала уроком на всю жизнь. Я тихонько подошел сзади к, ничего не подозревающему Дику и дернул его за хвост… Реакция была мгновенной: Дик инстинктивно взвизгнул от неожиданности и, также повинуясь инстинкту защиты добычи, молниеносно атаковал мою руку. Укус был чувствительный, я помню небольшие красноватые вмятины на тыльной стороне ладони. К чести Дика, он лишь «тяпнул» мою руку, все же не смыкая в мертвой хватке свои мощные челюсти, хотя имел полное право исполнить свой хищнический долг!

На примере своих котов, которые также являются хищникам, я заметил, что «одомашненные», приученные к человеческому образу жизни, они более человеколюбивы и более лояльно относятся к людям и проявляют «очеловеченные» чувства, почти как люди. Так вот, когда Дик «оттяпал», как я, наверное, думал, чуть ли не пол руки и просто предал меня, своего лучшего друга: я заорал так, что те, кто услышал меня, подумал, что случилось что-то ужасное, возможно, конец света! Как он мог!!! Как он предал меня! Мой друг!..
Но тетя Лида видела все.
— Разве можно дергать собаку за хвост, когда она ест?
Она посмотрела на мою ладонь.
-Ничего страшного, крови нет!
Крови нет!!! Это волшебное слово успокаивало получше любого лекарства! Как в детстве: ударившись, больно, вы не обязательно плачете, (всякое бывает), но стоит потереть ушибленное место или просто дотронуться до него и увидеть кровь на пальцах… Это самое ужасное, то, что может случиться с вами! Вы начинаете не просто плакать, а орать так, чтобы вся Вселенная знала о вашем горе и… пожалела вас! Такие мы, дети, эгоисты!
Дальнейшие события уже стерты в памяти, но я помню, что дома мама провела вразумительную беседу со мной о взаимоотношениях человека и собаки.
Я усвоил одно важное правило: НИКОГДА НЕ ТРЕВОЖТЕ СОБАКУ, КОГДА ОНА ЕСТ ИЛИ СПИТ — ЭТО МОЖЕТ ПЛОХО КОНЧИТСЯ ДЛЯ ВАС, ДАЖЕ ЕСЛИ ВЫ ХОЗЯИН СОБАКИ.

Любовь и привязанность

Дика я считал «своей» собакой, даже «личной». Я чувствовал себя Хозяином!
Взаимоотношения хозяина и «квартирной» собаки немного отличаются от взаимоотношений с «будочной» собакой. И существует особое отношение к «дворовым» собакам, которые подразделяются на «временных», «приблудших», «существующих всегда» и «своих». Вот Дик и принадлежал к «своим» Почему? Сейчас расскажу.
Территория Дика была, как можно понять, очерчена площадью двора. Я помню, как он облаивал прохожих, идущих по тротуару вдоль нашего дома. Но стоило человеку перейти через дренажную канаву и ступить на проезжую часть дороги, как Дик сразу успокаивался и терял интерес к нему. Дик не любил пьяных. Помню, как дядя М., наш сосед приходил с работы, как всегда «в дупель» пьяный и Дик облаивал его до самого подъезда. Но поутру, когда дядя М. совершенно трезвый шел на работу, картина была идиллической: Дик кружился в радостном танце, весело виляя хвостом, вставая на задние лапы, упираясь на плечи, облизывая лицо… Он провожал Дядю М. до самой работы… Вот об этой привычке я и хочу рассказать далее.
К сожалению, я не могу вспомнить имен героев моего повествования, ввиду того, что они уехали в другой город, и связь с ними была потеряна.
Это были два брата, один был старше меня на года четыре, другой, в свою очередь, был старше брата на года три или четыре. В то время они жили в соседнем подъезде, но позже переехали в соседний дом. Младший был моим другом. Это был достаточно крепкий парень, возможно, толстоватый, как мне кажется; сивые волосы и прическа «под горшок»- это я помню с фотографической точностью. Его брат, наоборот, был высок и худощав, с более темными волосами.
Я помню, что с ними жила бабушка, а вот матери их не помню. Бабушка работала в кафешке, что находилась неподалеку, хотя с этого кафе и начинается моя история.

Слово «обед» у меня ассоциировалось с закрытием магазина «Рассвет» на обеденный перерыв с 1Ч до 16 часов. Наша улица пустела и царила какая-то особая тишина, лишь изредка нарушаемая, почему то, похоронными процессиями, либо слишком шумливыми особями рода человеческого.
В один из таких летних дней, была жарища и безумно голубое небо, и яркое солнце и… тишина…
Дика видели «наверху». Видели, как пацаны с Ленинабадской увели Дика на поводке.
Мой Дик пропал за несколько дней до этого. Я сильно скучал по нему. Говорили, что его убили живодеры, а эта служба иногда свирепствовала в поселке, наводя «санитарный порядок», порой доходя до верха жестокости, убивая ощенившихся сук в ошейниках, а однажды мы были свидетелями расстрела бедной «карманной» собачки напротив общаги и д/c Огонёк. До сих пор перед глазами бедняжка, взлетевшая на метр после выстрела и сделавшая сальто в воздухе, но осталась живой только благодаря сердобольному парню, прохожему, прекратившему экзекуцию…
— В кафешку привезли виноград!
Я помню, что мы ели в кафе не только виноград, но и рисовую кашу с зелёным горошком и котлетой. Конечно, мы не платили за это.
— Возьмите меня с собой! Я тоже хочу искать Дика!
Я плакал, я помню это, как и то, как Старший из братьев сказал, чтобы я попросил разрешения пойти с ними у родителей. Но я не дошел до квартиры, чтобы попросить разрешения у отца. Я просто-напросто, подождал в подъезде некоторые время и, вернувшись к пацанам, убедительно уверил их в том, что мне разрешено отправиться на неведомую Ленинабадскую выручать Дика из плена!
Наш путь пролегал по такому маршруту:
«Рассвет» — Муминовские дворы, вдоль Белухи, мимо ЖКО, д/c-5 школа, собственно дорога «наверх» мимо хозмага, ГРП, НВА…
— Дик! Дик! Вот он!
В ответ знакомый лай. Между двумя кирпичными домами к мусорке был привязан наш Дик!
Старший из братьев подбежал к Дику и отвязал его. Мы с младшим остались на дороге. Запыхавшийся старший подбежал к нам, держа Дика на поводке.
— Бежим! Пока нас не заметили!
Мы бежали до самой кулинарии. Мы остановились отдышаться. Я развел руки, чтобы обнять Дика:
— Дика, Дика! (Я его называл так). Старший из братьев отпустил поводок, но дальше произошло то, что никто не ожидал:
Я заорал. Да, я испугался!
Дик, встал на задние лапы, вытянув вперед передние, чтобы положить их на мои хрупкие плечи…
— Он кусает меня! я скрестил ручёнки перед собой, стараясь защититься, как мне казалось от озлобленного чудовища.
— Да ты что, он же радуется тебе! Но я чувствовал себя преданным и испуганными.
Слёзы душили меня, но Дик настойчиво старался лизнуть меня в лицо… Инстинктивно он выражал свою радость, присущей этой породе живых существ. Я прятался за спинами братьев.
— Да погладь ты его! смеялись они, не вполне понимая того, что переживал я в своей безобидной пятилетней душе.
— Он не любит меня!
— Он любит тебя, не бойся!
— Я хочу домой!
Я ещё не знал, что меня уже ищут. Кто-то сказал моим родителям, что я ушёл на поиски собаки в неведомые дали…
Досталось мне и братьям. Братья обиделись на меня, и было за что.
С Диком мы помирились.
Некоторые помнили, как я, указывая на кого-нибудь пальцем, говорил:
— Дика, Дика, укуси!

Эпилог

Дик пропал как-то быстро. Ещё вчера я дергал его за уши (почему-то мне нравилось это), и сегодня его нигде не видно.
— Может его опять увели «кровожадные» Ленинабадцы? Давайте сходим, поищем его? Я ведь знаю, где он может быть! Тогда мне не сказали, что было с ним на самом деле, и куда всё же пропал Дик.
… Живодёры… Выстрел… Побег… Кровь…
Он пришёл на 2й или 3й день на наш двор… Он пил воду, но не стал есть еду, которую ему принесли.
… Дик посмотрел человеческими глазами, полные грусти и медленно, шатаясь, ушёл в сторону гор.
Больше никто, никогда его не видел…
— Он словно проститься пришёл… Попрощался и ушёл.
Говорят, что животные, чувствуя скорую смерть, уходят в укромные места и умирают там. … Чтобы остаться навечно живыми. Как люди.
Или почти как люди…

— Дика, Дика, Укуси!

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s